Вынос плащаницы

В Великую Пятницу совершается особая вечерня с чтением Апостола и Евангелия. После чтения Трисвятого плащаница, лежащая до этого на Престоле, выносится из алтаря на середину храма. После выноса бывает троекратное каждение ее по кругу, а затем читается канон «О распятии Господни и на плач Пресвятыя Богородицы», творение Симеона Логофе́та (полный его текст приводится в конце). Его читали все священники по очереди, по одной песни канона.

По отпусте вечерни настоятель о.Дамиан также прочел с амвона творение святителя Димитрия Ростовского — «Плач на погребение Христово». Его текст тоже приведён в конце.

В 17:00 состоится чин Погребения плащаницы с крестным ходом.

Канон о распятии Господнем и на плач Пресвятой Богородицы

Песнь 1

   Ирмос: Яко по cyxу пешешествовав Израиль по бездне стопами, гонителя фараона видя потопляема, Богу победную песнь поим вопияше.
Припев: Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Обешена яко виде на Кресте Сына и Господа, Дева Чистая, терзающися вопияше горце, со другими женами стенящи глаголаше.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Вижу Тя ныне, возлюбленное Мое Чадо и любимое, на Кресте висяща, и уязвляюся горце сердцем, рече Чистая: но даждь слово, Благий, рабе Твоей.
Слава: Волею Сыне Мой и Творче, терпиши на Древе лютую смерть, Дева глаголаше, предстоящи у Креста со возлюбленнем учеником.
И ныне: Ныне Моего чаяния, радости и веселия, Сына Моего и Господа лишена бых: увы Мне, болезную сердцем, Чистая плачущи глаголаше.

 

Песнь 3

   Ирмос: Несть свят якоже Ты Господи Боже мой, вознесый рог верных Твоих Блаже, и утвердивый нас на камени исповедания Твоего.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Страха ради иудейска Петр скрыся, и вси отбегоша вернии, оставльше Христа, Дева рыдающи глаголаше.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
О страшнем Твоем рождестве и странном, Сыне Мой, паче всех матерей возвеличена бых Аз: но увы Мне, ныне Тя видящи на Древе, роспаляюся утробою.
Слава: Хощу Утробу Мою на руку, имаже яко младенца держах, с Древа прияти, вещаше Чистая: но никтоже, увы Мне, сего даде.
И ныне: Се Свет Мой Сладкий, надежда и живот Мой Благий, Бог Мой угасе на Кресте, распаляюся утробою, Дева стенящи глаголаше.

 

Песнь 4

   Ирмос: Христос моя сила, Бог и Господь, честная Церковь боголепно поет взывающи, от смысла чиста о Господе празднующи.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Солнце не заходяй Боже Превечный, и Творче всех тварей, Господи, како терпиши Страсть на Кресте, Чистая плачущи глаголаше.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Плачущи глаголаше Браконеискусная, ко благообразному: потщися Иосифе к Пилату приступити, и испроси сняти со Древа учителя твоего.
Слава: Видев Пречистую горце слезащу, Иосиф смутися, и плачася приступи к Пилату, даждь ми, вопия с плачем, Тело Бога моего.
И ныне: Уязвена Тя видящи, и без славы, нага на Древе, Чадо Мое, утробою распаляюся, рыдающи яко Мати, Дево провещаваше.

 

Песнь 5

   Ирмос: Божиим светом Твоим Блаже, утренюющих Ти души любовию озари молюся, Тя ведети Слове Божий, истиннаго Бога, от мрака греховнаго взывающа.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Растерзаяся и рыдая, и дивяся вкупе с Никодимом снят Иосиф, и уцеловав Пречистое Тело, рыдаше, и стеняше, и поя Его яко Бога.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Приимши Его с плачем Мати Неикусомужняя, положи на колену, молящи Его со слезама, и облобызающи, горце рыдающи и восклицающи.
Слава: Едину надежду и живот, Владыко Сыне Мой и Боже, во очию свет раба Твоя имех, ныне же лишена бых Тебе, Сладкое Мое Чадо и Любимое.
И ныне: Болезни и скорби, и воздыхания обретоша Мя, увы Мне, Чистая горце рыдающи глаголаше, видящи Тя, Чадо Мое Возлюбленное, нага и уединена, и вонями помазана Мертвеца.

 

Песнь 6

   Ирмос: Житейское море воздвизаемое зря напастей бурею, к тихому пристанищу Твоему притек вопию Ти: возведи от тли живот мой, Многомилостиве.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Мертва Тя зрю, Человеколюбче, оживившаго мертвыя, и содержаща вся, уязвляюся люте утробою; хотела бых с Тобою умрети, Пречистая глаголаше: не терплю бо без дыхания мертва Тя видети.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Дивлюся зрящи Тя, Преблагий Боже и Прещедрый Господи, без славы и без дыхания, и безобразна, и плачуся держащи Тя, яко не надеяхся, увы Мне, видети Тя, Сыне Мой и Боже.
Слава: Не изглаголеши ли Рабе Твоей слова, Слове Божий? не ущедриши ли, Владыко, Тебе рождшую, глаголаше Чистая, рыдающи и плачущи, облобызающи Тело Господа Своего.
И ныне: Помышляю, Владыко, яко ктому сладкаго Твоего не услышу гласа, ни доброты лица Твоего узрю, якоже прежде Раба Твоя; ибо зашел еси Сыне Мой от очию Моею.

 

Кондак, глас 8

   Нас ради Распятаго приидите вси воспоим, Того бо виде Мария на Древе, и глаголаше: аще и распятие терпиши, Ты еси Сын и Бог Мой.

 

Икос

   Своего Агнца Агница зряши, к заколению влекома, последоваше Мария простертыми власы со инеми женами, сия вопиющи: камо идеши Чадо, чесо ради скорое течение совершаеши? еда другий брак паки есть в Кане, и тамо ныне тщишися, да от воды им вино сотвориши? иду ли с Тобою, Чадо, или паче пожду Тебе? даждь Ми слово, Слове, не молча мимоиди Мене, чисту соблюдый Мя: Ты бо есть Сын и Бог Мой.

 

Песнь 7

   Ирмос: Росодательну убо пещь содела Ангел преподобным отроком, халдеи же опаляющее веление Божие, мучителя увеща вопити: Благословен еси Боже отец наших.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Где, Сыне Мой и Боже, благовещение древнее, еже Ми Гавриил глаголаше? Царя Тя, Сына и Бога Вышняго нарицаше: ныне же вижу Тя, Свете Мой Сладкий, нага и уязвена Мертвеца.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Избавляяй болезни, ныне приими Мя с Тобою, Сыне Мой и Боже, да сниду, Владыко, во ад с Тобою и Аз, не остави Мене едину: уже бо жити не терплю, не видящи Тебе Сладкаго Моего Света.
Слава: С другими женами мироносицами, рыдающи Непорочная горце, и носима видящи Христа глаголаше: увы Мне, что вижу! камо идеши ныне, Сыне Мой, а Мене едину оставляеши?
И ныне: Изнемогающи и рыдающи Непорочная, мироносицам глаголаше: срыдайте Ми, и сплачитися горце: се бо Свет Мой Сладкий, и Учитель ваш Гробу предается.

 

Песнь 8

   Ирмос: Из пламене росу преподобным источил еси, и праведнаго жертву водою попалил еси: вся бо твориши, Христе, токмо еже хотети; Тя превозносим во вся веки.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Деву рыдающу Иосиф видев, растерзашеся весь, и вопияше горько: како Тя, о Боже Мой, ныне погребу раб Твой? Какими плащаницами обвию Тело Твое?
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Паче ума превзыде странное Твое видение носящаго тварь всю Господа: сего ради Иосиф яко мертва Тя на руку своею, и с Никодимом носит и погребает.
Слава: Странную вижу и преславную тайну, Дева вопияше Сыну и Господу: како в худом Гробе полагаешися, мертвыя повелением возставляяй во гробех?
И ныне: Ни от Гроба Твоего востану, Чадо Мое, ни слезы точащи престану Раба Твоя, дондеже и Аз сниду во ад: не могу бо терпети разлучения Моего, Сыне Мой.

 

Песнь 9

   Ирмос: Бога человеком невозможно видети, на Негоже не смеют чини Ангельстии взирати: Тобою же, Всечистая, явися человеком Слово воплощенно: Егоже с небесными Вои Тя ублажаем.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Радость Мне николиже отселе прикоснется, рыдающи глаголаше Непорочная: Свет Мой и Радость Моя во Гроб зайде: но не оставлю Еro единаго, зде же умру, и спогребуся Ему.
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.
Душевную Мою язву ныне исцели, Чадо Мое, Пречистая вопияше слезящи: воскресни, и утоли Мою болезнь и печаль, можеши бо, Владыко, елико хощеши, и твориши, аще и погреблся еси волею.
Слава: О како утаилася Тебе есть бездна шедрот? Матери в тайне изрече Господь, тварь бо Мою хотя спасти, изволих умрети. Но и воскресну, и Тебе возвеличу, яко Бог небесе и земли.
И ныне: Воспою молосердие Твое, Человеколюбче, и покланяюся богатству милости Твоея, Владыко: создание бо Твое хотя спасти, смерть подъял еси, рече Пречистая: но Воскресением Твоим, Спасе, помилуй всех нас.

Свт. Димитрий Ростовский: Плач на погребение Христово

Куда грядешь, несомый, сладчайший Иисусе! Куда грядешь от нас, надежда и прибежище наше! Куда заходишь от очей наших, свете наш! Как познаваешь запад свой, незаходимое Солнце!

Станьте носящи Того, Кто держит весь мир дланию! Станьте носящи Того, Кто понес греховное бремя всего рода человеческого! Станьте носящи Того, ради Кого остановилось солнце и луна в течении своем, когда увидели Его на Кресте!

Не браните нам, детям, приходити к Отцу, хотя уже и умершему; не браните чадам поплакать об общем для всех Родителе, Который породил нас кровию Своею: дайте пролить хотя малыя слезы из очей над Тем, Кто источил для нас из всего тела обильные потоки крови Своей, а из ребра воду с кровию!

О, что се вижу я, — видение страшное и ужасное! Что се вижу? Вижу то, чего от века не видали очи праотцев. Ибо кто когда видел Бога обнаженного, биенного, тернием увенчанного, оцтом с желчию напоенного, гвоздями и копием насквозь уязвленного и — умершего? Ужаснися о сем бояйся небо, и да подвижатся основания земли!..

Что се вижу? Вижу Бога бездыханным, Жизнодавца мертвым, свет померкшим, сладость огорченною, краснейшего добротою паче сынов человеческих вижу не имущим вида ниже доброты, но вид Его бесчестен, умален паче сынов человеческих!

Вижу пречистое, преблагословенное, неизреченно рожденное от Пречистой, Преблагословенной Девы, тело Христа моего все окровавленным, все изъязвленным, истерзанным, как вретище, от ног до главы не имеющим целости!

Изъязвлена пречистая глава, — глава, которая премудростию своею все устрояет, всем управляет, которая изобрела дивные средства для спасения человека, не имевшего никакой надежды ко спасению, — сия глава изъязвлена колючим тернием до мозга. Ныне видим событие слов Божиих, древле сказанных человеку: проклята земля в делех твоих, терние и волчцы возрастит тебе (Быт. 3, 17, 18). Вот окаянная земля возрастила терние на главу моего Иисуса!

Потемнели очи, — очи, которые милосердно на всех призирали, любезно на всех смотрели, очи, от светлого взгляда которых радовались любящии Его, утешались печальные, обращались к покаянию грешные: сии очи теперь залиты кровью и слезами, покрыты смертностью!

 

Потемнело лице, — лице пречистое, пресветлое, или, лучше, боговидное, которое на Фаворе сияло как солнце, когда просияла на Нем слава Божества: сие лице теперь приняло безчестие, оплевание, крепкие удары рукою и все посинело. Сокрылась красота твоя, о прекрасный, о прелюбезный!

Смолкли пресладкие уста, исполненные горечи оцта и желчи, — уста, из которых изливались потоками небесной сладости слова сладчайшие меда и сота; умолк богоглаголивый язык; умолкла гортань божественного гласа; Слово Божие познало молчание. Кто же утешит плачущих? Кто словом исцелит больных, воскресит мертвых? Кто скажет грешнице: отпущаются ти греси твои мнози?

Изъязвлены руки — руки, от прикосновения которых содрогалась смерть; руки, которые были целебным пластырем для всяких недугов; руки, в которых немного хлебов умножалось с избытком для насыщения многих тысяч народа. Сии руки насквозь изъязвлены острыми, железными, длинными гвоздями, от уз посинели; руки, создавшие человека, от человека же бесчеловечно измучены!

Изъязвлены ноги — ноги, ходившие по водам, как посуху; ноги, которые омыла слезами явная грешница и отерла власами главы своей, и за то получила отпущение многим грехам своим; ноги, у которых был бы высшим во всем мире тот, кто удостоился бы быть подножием их. Эти ноги тоже насквозь прободены железными, острыми, длинными гвоздями, яко да омочится нога Его в крови!

Прободены живоносные ребра Тому, кто от ребра создал помощницу праотцу нашему Адаму. Сей небесный Жених зиждет ныне от ребра своего возлюбленную себе невесту, а нам любезную матерь — Церковь Свою святую, искупленную кровию Его, да породит многия чада водою и Духом…

Два источника Господь источил от пречистых ребр Своих — источник крови и воды: вода для омовения нашего, кровь для освящения нашего; вода для утоления нашей жажды, кровь для нашего исцеления. Жаждущие грядите на воду, болящие душами и телами приступите к спасительной крови непорочного Агнца — Христа! Ибо не славою Его, а язвою его мы все исцелехом…

Пред очами моими зрю Бога моего, язвами Своими, как бы устами, ко мне говорящего: “Я возлюбил тебя, возлюби и ты Меня. Ничего другого от тебя не требую; только любви, любви твоей ищу. Я ради тебя родился; ради тебя от юности был в трудах; ради тебя алкал, жаждал, постился, ради тебя пострадал, оцта и желчи вкусил; ради тебя распялся, принял сии язвы и умер. За все это Я ничего не желаю получить от тебя, только да любиши Мя!” — возлюблю Тя, Господи, крепосте моя! Господь утверждение мое и прибежище мое!

Итак, иду и я вслед Тебя, вместе со всеми, о Иисусе — любовь, всякое желание побеждающая! Ты телом, а мы сердцами нашими да погребемся вместе с Тобою. Гробом пречистому телу Твоему да будет гроб, а сердцам нашим да будут гробом и погребением пречистые Твои язвы. Знаем, что Ты в третий день изыдешь из гроба; но сердца наши да будут неразлучны с пречистыми Твоими язвами, пока мы не вселимся в гроб наш. Ибо что может быть вожделеннее для сердец наших, что любезнее, что сладостнее пречистых язв Твоих, которые мы слезными очами созерцаем, устами, хотя и недостойными, любезно прикасаемся, сердцами сладко лобызаем?..