Отошла ко Господу Ольга Александровна Валова

2 октября 2022 года отошла ко Господу Ольга Александровна Валова, одна из старейших прихожанок и сотрудниц нашего храма.

5 октября настоятель храма протоиерей Дамиан Круглик совершил отпевание.

Ольга Александровна Валова, урожденная Дмитрева, родилась в Рязани, в 1933 году, в потомственной семье священнослужителей.

Придя в наш храм с назначенным в 1992 году отцом Дамианом, Ольга Александровна долгое время трудилась вместе с ним, занимала должность помощника настоятеля, содействуя отцу Дамиану в решении бесчисленных хозяйственных вопросов. Почти ежедневно пела на клиросе. Прихожане вспоминают её преданность храму, любовь к богослужению, добрый, оптимистичный характер, трудолюбие, улыбчивость, чувство юмора и скромность. Последние годы Ольга Александровна много болела, не выходила из дома. Но она всегда поддерживала связь с родным Богородским храмом, с храмами и монастырями, где почитали её святых сродников. Заказывала и отправляла написанные иконы. Радовалась, что по телевизору передают трансляции богослужений, с благоговением и молитвой смотрела их.

В 2021 году удалось записать интервью с Ольгой Александровной, приводим его отрывок:

«Я сама из священнической семьи. У меня папа – священник, отец Александр Дмитрев, его папа, мой дедушка, – отец Федор Андреевич Дмитрев. Его судьба: выгнали из дома, раскулачили, они скитались, но его не посадили в тюрьму. Он у одних поживет, у других, где он служил, это Рязанская область, Касимовский район, село Самылово. Его вотчина была, там он служил, красивая кирпичная церковь, у дедушки был хороший дом, с хорошим садом и с надворными постройками, большой крытый двор. И все это было отнято. Дочку забрали в трудовой лагерь, он остался один, он немножко жил в Самылове, а потом переехал к моей маме, своей снохе. Потому что мой папа, я его почти не помню, когда они поженились с мамой, его призвали в армию, потом он стал священником, и ему дали служить в храме села Маккавеева, это 5 километров от Самылова. Моего папу посадили в тюрьму, и мама осталась в тюрьме, и дедушка жил с нами, а до того, еще в Самылове, с ним была его дочь Наталья, и он пытался ночами то крестить, то отпевать, кто позовет. А время было голодное. И как-то он покрестил ребенка, ему заплатили стакан пшена, так он пришел домой и говорит: «Наташа, вот пшено, половину отсыпь, а половину отдай соседям, у них шесть детей».

И ещё из рода Дмитревых. Мой папа стал священником, а его младший брат Евгений уехал в Пермь и там служил псаломщиком. Его арестовали, ему было всего 20 лет, и дедушка получает записку, о которой он нам ничего не сказал: «Папа, отпой меня, меня завтра расстреляют». Так и было, и его канонизировали: он Евгений Дмитрев. Икона висит передо мной. Он не только мой родной дядя, он ещё и мой крестный. У дедушки Федора Андреевича Дмитрева был брат Михаил Андреевич, тоже в Касимовском районе, село Селищево, служил там, необыкновенный был батюшка. Его забрали в лагеря и в 1937 году расстреляли, он священномученик.

А с маминой стороны Зоя Петровна Крестова. Они жили в Рязанской области, село Панино, и там служил её папа Петр Иванович Крестов. И его два раза арестовывали по нелепым обвинениям. Он организовал в храме хор молодых девочек. И когда он пошел ночью крестить, за ним специально следили и арестовали его. В 1941 году его поместили в камеру с бандитами, они не давали ему есть, и он умер. И он священномученик Петр Рязанский. Это моя близкая родня.

Сестра моего дедушки Федора Андреевича Клавдия Андреевна вышла замуж в село Касимово Рязанской области за священника Анатолия Авдеевича Правдолюбова. И поэтому все семейство Правдолюбовых – моя родня. И Лия [Петровна Мизгирёва, супруга протоиерея Дамиана] знала всех Правдолюбовых — и тех молодых, молодую поросль, и мне обо всех рассказывала, чтобы я о них знала, о своей родне».

Вечная память рабе Божией Ольге!

Отпевание состоится в нашем храме в среду, 5 октября, после Литургии.

О святых родственниках почившей:

Му­че­ник Ев­ге­ний Дмит­рев ро­дил­ся в 1913 г. в се­мье потом­ствен­но­го про­то­и­е­рея Фе­до­ра Ан­дре­еви­ча Дмит­рева и при­хо­дит­ся пле­мян­ни­ком при­чис­лен­но­му к ли­ку святых но­во­му­че­ни­ков и исповедников Российских про­то­и­е­рею Ми­ха­и­лу Дмит­реву,

По окончании семилетней школы он слу­жил пса­лом­щи­ком в Иоан­но-Бо­го­слов­ской церк­ви в се­ле Ми­тине Ка­си­мов­ско­го рай­о­на Ря­зан­ской об­ла­сти. В 1934 г. был призван на во­ен­ную служ­бу, но, будучи лишённым гражданских прав, как и другие выходцы из духовного сословия, попал не в регулярную часть, а во 2-ю роту 9-го строительного батальона на военном за­во­де в Пер­ми. Во время работы на заводе получил травму, что позднее в материалах следственного дела было расценено как «злонамеренный и диверсионный поступок».

8 апреля 1937 г. был арестован по «делу трудармейцев», обвинен в «активном участии в контрреволюционной группе «Общество трудового духовенства»». Виновным себя не признал. Сознавая, что расстрел неизбежен, сумел передать на волю записку для отца, в которой просил отпеть его.

Поз­же узна­ли, что ра­бот­ни­ки то­го за­во­да в пол­ном со­ста­ве бы­ли аре­сто­ва­ны и, по-ви­ди­мо­му, рас­стре­ля­ны. По уточ­нен­ным дан­ным, днем му­че­ни­че­ской кон­чи­ны Ев­ге­ния Фе­до­ро­ви­ча яв­ля­ет­ся 31 ав­гу­ста 1937 г.

Опре­де­ле­ни­ем Свя­щен­но­го Си­но­да РПЦ от 27 де­каб­ря 2000 г. му­че­ник Ев­ге­ний Дмит­рев при­чис­лен к лику свя­тых для общецерковного­ по­чи­та­ния.

Свя­щен­но­му­че­ник про­то­и­е­рей Ми­ха­ил Дмит­рев ро­дил­ся в 1873 г. в Ря­зан­ской гу­бер­нии, в се­ле Маккавееве Касимовского уезда Рязанской губернии в се­мье про­то­и­е­рея Андрея Дмитрева. Он про­ис­хо­дил из ста­рин­но­го свя­щен­ни­че­ско­го ро­да. По­сле окон­ча­ния Ря­зан­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии ра­бо­тал учите­лем цер­ков­но-при­ход­ской шко­лы. В 1897 г. же­нил­ся и был ру­ко­по­ло­жен во иерея. В 1905 г. он по­дал про­ше­ние о на­зна­че­нии его на ме­сто слу­же­ния сво­е­го от­ца в се­ло Мак­ка­ве­е­во. С 1905 по 1913 г. отец Ми­ха­ил был насто­я­те­лем По­кров­ской церк­ви в род­ном се­ле.

В 1913 г. отец Ми­ха­ил был на­зна­чен на­сто­я­те­лем в По­кров­скую цер­ковь се­ла Се­ли­щи Ка­си­мов­ского уезда Рязанской губернии. Здесь он про­слу­жил до сво­ей му­че­ни­че­ской кон­чи­ны. Цер­ковь в се­ле Се­ли­щи бы­ла малень­кой, де­ре­вян­ной. При­ход был бед­ней­шим в епар­хии, епар­хия бы­ла вы­нуж­де­на са­ма пла­тить от­цу Миха­и­лу ми­ни­маль­ную пла­ту. В при­ход вхо­ди­ло несколь­ко де­ре­вень – под со­ло­мен­ны­ми кры­ша­ми, с лучина­ми в из­бах. Ис­тин­ный пас­тырь Хри­сто­вой Церк­ви, тру­же­ник, отец Ми­ха­ил со свой­ствен­ной ему энер­ги­ей при­нял­ся под­ни­мать свой при­ход. Каж­до­днев­ным кро­пот­ли­вым тру­дом отец Ми­ха­ил со­здал приход и его воз­гла­вил. Он ор­га­ни­зо­вал стро­и­тель­ство цер­ков­но-при­ход­ской шко­лы и стал ее за­ве­ду­ю­щим и за­ко­но­учи­те­лем. Учителем в этой школе был и его двоюродный брат, будущий священномученик Николай Правдолюбов. Од­новре­мен­но отец Михаил со­сто­ял за­ко­но­учи­те­лем в Са­му­и­лов­ском зем­ском учи­ли­ще. Кроме цер­ков­но-при­ход­ской шко­лы ему уда­лось по­стро­ить в се­ле Се­ли­щи и кир­пич­ный, про­стор­ный храм. Отец Ми­ха­ил ввел в сво­ем хра­ме об­ще­на­род­ное цер­ков­ное пе­ние и мно­го сил от­дал то­му, чтобы на­учить и при­учить на­род петь. Из вос­по­ми­на­ний до­че­ри от­ца Ми­ха­и­ла Ни­ны: «Па­па очень лю­бил цер­ков­ное пе­ние. Он пе­ре­нес кли­рос пса­лом­щи­ка с ам­во­на вниз, чтобы ве­ру­ю­щие мог­ли сто­ять око­ло него и петь. Ез­дил по де­рев­ням и со­би­рал на спев­ки всех же­ла­ю­щих… И до­ма устра­и­вал спев­ки… Вспо­ми­на­ет­ся од­на Свя­тая Пасха. Вто­рой день. На­ча­ло ли­тур­гии… Вдруг через на­род про­шел в ал­тарь вла­ды­ка Ар­ка­дий (Осталь­ский – прим. ред.), вер­нув­ший­ся из де­ся­ти­лет­ней ссыл­ки. Ко­гда по­сле служ­бы при­шли до­мой, вла­ды­ка сел в за­ле в крес­ло и на гла­зах у него бы­ли сле­зы – та­кое впе­чат­ле­ние про­из­ве­ло на него об­щее пе­ние в церк­ви…».

Каж­дый чет­верг отец Ми­ха­ил участ­во­вал в бе­се­дах ка­си­мов­ско­го ду­хо­вен­ства, в ко­то­рых за­тра­ги­ва­лись важ­ные про­бле­мы пас­тыр­ской де­я­тель­но­сти, об­суж­да­лась мис­си­о­нер­ская ра­бо­та. Про­по­вед­ник, мис­си­о­нер, он ве­ли­ко­леп­но знал Свя­щен­ное Пи­са­ние, вы­ез­жал в окрест­ные се­ла для бе­сед с бап­ти­ста­ми, сек­тан­та­ми. Он мно­го ра­бо­тал над тек­ста­ми Еван­ге­лия, Биб­лии, де­лал по­дроб­ные те­ма­ти­че­ские вы­пис­ки из Свя­щен­но­го Пи­са­ния и по­мо­гал в та­кой ра­бо­те сво­им со­се­дям по при­хо­ду. Это бы­ло очень важ­но в мис­си­о­нер­ской работе с сек­тан­та­ми. На хра­мо­вые празд­ни­ки свя­щен­ни­ки Ка­си­мо­ва и окрест­ных сел ста­ра­лись со­би­рать­ся и слу­жить вме­сте. На По­кров – пре­столь­ный празд­ник Се­лищ – в се­ло съез­жа­лись отец Сер­гий Прав­до­лю­бов из Ка­си­мо­ва, отец Ев­ге­ний Харь­ков из Бе­ти­на, отец Сер­гий Окунь­ков из Си­ну­лиц, отец Петр Успен­ский из Ар­даб­ье­ва, отец Ва­си­лий Яст­реб­цов из Ко­то­ро­ва и др. Мно­гие из них так­же при­мут му­че­ни­че­ские вен­цы. Со­би­ра­лись по­сле служ­бы на тра­пе­зу, раз­го­ва­ри­ва­ли на бо­го­слов­ские те­мы. По бед­но­сти при­хо­да, чтобы про­кор­мить се­мью, отец Ми­ха­ил сам вел свое до­маш­нее сель­ское хо­зяй­ство – сам па­хал, се­ял, уби­рал. Он сам до­ил ко­ро­ву, раз­во­дил пчел, знал все но­вин­ки сель­ско­хо­зяй­ствен­ной тех­ни­ки, вы­пи­сы­вал и по­ку­пал мно­гие тех­ни­че­ские при­спо­соб­ле­ния. С ран­не­го утра, до цер­ков­ной служ­бы, за­дол­го до вы­хо­да на по­ля всех кре­стьян, он успе­вал по­ра­бо­тать и на сво­ем по­ле, и – тай­но – по­мо­гал вдо­вам и немощ­ным се­ла. Неко­то­рые из них толь­ко по­сле кон­чи­ны от­ца Ми­ха­и­ла узна­ли, кто им так дол­го и мно­го по­мо­гал, узна­ли толь­ко потому, что эта по­мощь пре­кра­ти­лась с его аре­стом. В лет­ние за­су­хи мно­го до­мов уни­что­жа­лось по­жа­ра­ми, неред­ко сго­ра­ли це­лые де­рев­ни. Отец Ми­ха­ил ор­га­ни­зо­вал в се­ле про­ти­во­по­жар­ную служ­бу, вы­стро­ил калан­чу, учре­дил по­сто­ян­ные де­жур­ства и сам не укло­нял­ся от этих де­журств. Ес­ли слу­чал­ся по­жар, он заби­рал все вед­ра, ка­кие бы­ли у него в хо­зяй­стве, и сам ехал ско­рее по­мо­гать ту­шить по­жар. Все­гда сам руко­во­дил ту­ше­ни­ем по­жа­ра, и кре­стьяне го­во­ри­ли: «Ну, ес­ли ба­тюш­ка при­е­дет ту­шить, то по­жар быст­ро по­тухнет».

В 1924 г. отец Ми­ха­ил был на­граж­ден са­ном про­то­и­е­рея и стал бла­го­чин­ным 1-го Ка­си­мов­ско­го окру­га. Он твер­до про­ти­во­сто­ял об­нов­лен­цам, его мно­го раз вы­зы­ва­ли в ОГПУ и пы­та­лись за­ста­вить под­пи­сать пись­мен­ное со­гла­сие с об­нов­лен­че­ством. Од­на­жды его от­ка­за­лись вы­пус­кать, ес­ли не под­пи­шет, и свя­щен­ник со­гла­сил­ся «по­ду­мать». Вско­ре к нему при­шел со­труд­ник ОГПУ. «Ну, как, на­ду­мал?» – спро­сил он священ­ни­ка. – «Да, на­ду­мал… не под­пи­сы­вать­ся», – от­ве­тил отец Ми­ха­ил. Со­труд­ник ОГПУ в яро­сти бе­гал по ком­на­те из уг­ла в угол, тряс пе­ред ли­цом свя­щен­ни­ка на­га­ном и кри­чал: «Ведь я сей­час те­бя убью, и никто ни­че­го со мной за это не сде­ла­ет!» Но отец Ми­ха­ил остал­ся непре­клон­ным, и от него от­сту­пи­лись. Мно­го раз к от­цу Ми­ха­и­лу при­хо­ди­ли с обыс­ком: ис­ка­ли, за что бы об­ви­нить. Пол­ным хо­дом шла коллективи­за­ция, рас­ку­ла­чен­ных в се­ле Се­ли­щи с се­мья­ми по­гру­зи­ли на бар­жи и от­пра­ви­ли в окрест­но­сти го­ро­да Ниж­ний Та­гил, мно­гие по до­ро­ге умер­ли. Се­ли­щен­ский при­ход был обес­кров­лен.

В кон­це 1929 г. про­то­и­е­рей Ми­ха­ил Дмит­рев был аре­сто­ван вме­сте со мно­ги­ми свя­щен­но­слу­жи­те­ля­ми горо­да Ка­си­мо­ва и его окрест­но­стей. На­зна­чи­ли суд, на ко­то­рый при­шли тол­пы кре­стьян, чтобы за­ступить­ся за сво­е­го пас­ты­ря. Несмот­ря на об­ви­ни­тель­ный при­го­вор, свя­щен­ни­ка вско­ре вы­пу­сти­ли из-за многочисленных хо­да­та­ев, хло­по­тав­ших о пе­ре­смот­ре де­ла. Но недол­го оста­ва­лось от­цу Ми­ха­и­лу послужить на сво­ем при­хо­де. Пре­сле­до­ва­ния не пре­кра­ща­лись, се­мью свя­щен­ни­ка му­чи­ли по­сто­ян­ны­ми обыс­ка­ми, по­ис­ком об­ви­не­ний, сбо­ром лже­сви­де­тельств, вы­зо­ва­ми на до­прос. В 1935 г. к от­цу Ми­ха­и­лу вновь при­шли с аре­стом. Во вре­мя обыс­ка ма­туш­ка Ели­са­ве­та Ива­нов­на бы­ла уни­зи­тель­но обыс­ка­на; по­сле нерв­но­го по­тря­се­ния, недол­го по­жив, в 1936 г. она умер­ла. Отец Ми­ха­ил был за­клю­чен в тюрь­му в го­ро­де Ка­си­мо­ве, но опять за него за­сту­пи­лись при­хо­жане, и вско­ре по хо­да­тай­ству он был осво­бож­ден. По­сле смер­ти ма­туш­ки Ели­са­ве­ты отец Ми­ха­ил весь сле­ду­ю­щий год слу­жил еже­днев­но.

В кон­це 1930-х го­дов го­не­ние на Цер­ковь и свя­щен­но­слу­жи­те­лей уси­ли­лось. Стар­ший сын пред­ла­гал отцу Ми­ха­и­лу уехать вре­мен­но в Моск­ву или ка­кое-то дру­гое ме­сто, чтобы пе­ре­ждать са­мые на­пря­жен­ные го­ды и из­бе­жать аре­ста. Но отец Ми­ха­ил твер­до и ре­ши­тель­но от­ка­зал­ся, заявив, что свой при­ход он не сможет бро­сить в та­кое тя­же­лое вре­мя. В ночь с суб­бо­ты на вос­кре­се­нье 18 сен­тяб­ря 1937 го­да, по­сле суббот­не­го все­нощ­но­го бде­ния, про­то­и­е­рей Ми­ха­ил был аре­сто­ван и от­ве­зен в Ка­си­мов­скую тюрь­му. При допро­сах «в от­но­ше­нии от­ца Ми­ха­и­ла при­ме­ня­лись пыт­ки в пол­ном объ­е­ме». Тем не ме­нее, отец Ми­ха­ил ни­ко­го не огово­рил, ви­нов­ным се­бя не при­знал. При­го­вор о рас­стре­ле был вы­не­сен трой­кой при НКВД по Ря­зан­ской об­ла­сти в день памяти Архистратига Ми­хаила (19 сентября или 21 ноября). По рас­ска­зам человека, си­дев­ше­го с ним в од­ной ка­ме­ре, отец Ми­ха­ил не уны­вал, под­дер­жи­вал всех; по­том был вы­зван с ве­ща­ми и рас­стре­лян в ночь с 1 на 2 де­каб­ря, в день па­мя­ти ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «В скор­бех и пе­ча­лех Уте­ше­ние».

Па­мять священномученика Ми­ха­и­ла Дмит­рева со­вер­ша­ет­ся Цер­ко­вью 2 де­каб­ря (19 но­яб­ря ст. ст.).